По словам начальника пресс-службы аэропорта Домодедово Елены Галановой, за несколько минут, пока "тушка" шла к аэродрому, борту N 372 освободили взлетно-посадочную полосу N 2 и обеспечили свободное воздушное пространство. На поле борт встречали врачи, пожарные и спасатели. Как оказалось, все эти меры были приняты не зря. "Ту-154 садился в очень сложных погодных условиях,— сказал позже глава Росавиации Александр Нерадько.— Нижний край облаков располагался в 180 метрах от земли, экипаж не видел заранее огни посадочной полосы, а когда самолет вышел из-под облаков, времени для маневра оставалось очень мало. Диспетчеры все время подсказывали летчикам их положение в пространстве, но машина все равно не попала в створ взлетно-посадочной полосы (ВПП.— "Ъ"), приземлилась на боковой полосе безопасности, пересекла ВПП, выкатилась на левую полосу безопасности и продолжила движение по ней". Примерно в ста метрах от бетонного забора, огораживающего летное поле с северной стороны, катящийся самолет наехал на небольшой земляной холм. От удара, как рассказывают очевидцы, у него подломились передние шасси, и тут же оторвалась носовая часть вместе с кабиной пилотов и первыми рядами пассажирских кресел. Разрушение машины, по сути, спасло от гибели большую часть пассажиров — потеряв нос, основная часть фюзеляжа, в которой располагался пассажирский салон, зарылась в землю и остановилась буквально в 15 м от стоящих по периметру железобетонных плит. Чудом при ударе не воспламенились 19,5 тонны неизрасходованного "тушкой" топлива — керосин частично вылился на землю, но так и не загорелся. После того как люди открыли основной и аварийный люки, ни один из трапов не сработал и для того, чтобы выбраться из самолета, им приходилось спускаться сначала на крылья, а потом уже с них прыгать прямо на землю. При эвакуации многие серьезно поранились об острые обломки фюзеляжа. При этом особой паники не было — мужчины выносили раненых наружу вместе с креслами, а кто-то даже фотографировал эвакуацию на мобильный телефон.